Наполеоны о себе. Ирина Д.

Профориентация
Наполеон. Сенсорик, этик, экстраверт, иррационал
Рекомендации для родителей ребенка – Наполеона

Наполеоны о детстве
Ольга Т.
Ирина Д.
Игорь К.

Наполеоны о себе
Ирина Д.
Светлана Ч.

Жизнь у меня достаточно суматошная. День проходит в таком разрезе, что планы рушатся в одночасье и события переворачиваются на сто восемьдесят градусов. Запланировала одну поездку, а позвонили – развернулась, поехала в другую сторону. Приехала – забыла бумаги, поехала за ними обратно на другой конец города. Приехала туда, вспомнила, что не все бумаги взяла — поехала еще раз. Ношусь, как угорелая. В школу ходила – учебники могла положить совсем на другой день, могла перепутать день. Как укушенная, на перемене сбегаешь, учебники сменишь, обратно в школу несешься. Развернуться на сто восемьдесят градусов – проблем нет, при этом забыв позвонить тому, к кому первоначально бежала, или предупредить, что опаздываю. Удержу никакого нет, хотя неподготовленные действия мне не нравятся. Подготовиться времени надо мало. Но ведь когда смотришь, что надо взять, разговариваешь по телефону, смотришь в телевизор, потом мужу отвечаешь, дочь гоняешь – все одновременно… Ну, естественно, бывает, что-нибудь пропускаешь, забываешь…
Планы я иногда составляю, сижу, пишу пункты. Написала вечером – утром найти не могу. По порядку мне вообще особо не нужно, хоть бы как-нибудь сделать все!
Если на пути к цели возникает препятствие, я очень легко разворачиваюсь на препятствие и преодолеваю его. Есть люди, которые в ступор впадают, а я иду дальше, вперед. Останавливаться нельзя – силы уходят, время уходит. Всегда вперед. Препятствия меня подстегивают.
Я могу утром спать долго, но когда что-то случится неординарное, могу встать в шесть утра без будильника и помчусь решать проблемы.
Люблю ездить на машине. Езжу очень быстро, резко. Люблю быструю езду. Быстро! Резко! Раньше носилась вообще, как угорелая. День у меня проходит до невозможности в быстром темпе. Я сегодня по городу с верхней в нижнюю часть съездила шесть раз. То землю для цветов покупаю, то в фирму еду договор заключать, то в банк понеслась, то в другую фирму письмо. Поэтому к вечеру иногда уже просто без сил.
Сегодня забежала в «Метро». Носилась с телегой по всему магазину, круги нарезала вокруг стоек, искала нужную мне вещь. По ходу цапаю дочери майку, мужу махровую простыню, еще что-то… Потом останавливаюсь, стою, смотрю на все это, спрашиваю себя: «Зачем пришла? За землей. Клади все назад!» У меня ведь как – увидела что-то: «Ух, какая!» – положила. Сначала наберу, а потом осознавать начинаю, что делаю. Это положила, и это положила. Ну вот, положила все на место, понеслась за землей. Мне надо было двадцать двадцатилитровых пакетов земли для газона.
Я очень импульсивная, «бешенство изматывает». Сама от себя устала. Никак сама себя затормозить не могу, терпения никакого нет.
В экстремальной ситуации бывает легкая растерянность первые доли секунды, но потом моментально людей организую, мобилизую: куда звонить, куда бежать. Я рисковых предприятий не особо боюсь. Если есть авантюризм, риск – это мое, исключая криминал. У меня, конечно, всегда есть опасения. Бывает осознание того, что может быть опасность, но думаю: «Пролетим! Кто не рискует, тот не пьет шампанское!» Бывает, ну, люди боятся, а я рискую. Я, конечно, пытаюсь посоветоваться с умными людьми…
Один раз шли с приятельницей из бара. К нам стал приставать пьяный мужик. Начал махать руками, драться. Я поняла, что хорошего не будет. Я очень сильно могу ощущать опасную ситуацию, в которой нужно бросаться в бой: меня бить начинает, коленки дрожат, черные круги перед глазами, я готова убить. Меня бьет, колотит, руки ходуном ходят… Но если я вижу опасность и есть возможность убежать – убегу. Ну, так вот, в таком состоянии я прошлась пинками по мужику. Редкий случай со мной, жуть во мраке.
Такие вещи, которые есть у всех, мне не нужны. Вот случай про подружку, как мы пришли обе в зеленых платьях в ресторан отмечать ее день рождения. У нее было всего два платья, а у меня выбор был. Я ей звоню и говорю: «Лен, если ты пойдешь в зеленом, я пойду в каком-нибудь другом. А в силу того, что у меня зеленые глаза, мне хотелось всегда надеть зеленое платье. У меня было красивое, темно-зеленое, цвета сочной зелени, платье. Она говорит: «Ну, надевай зеленое». Я прихожу в ресторан – Лена сидит в зеленом платье. А я пришла с дипломатом. Пошла в туалет, достала из дипломата другое платье, переоделась и вышла – они все в обморок упали. Если рядом со мной кто-то в такой же одежде, как я, у меня тут же портится настроение. От такой выходки моей подружки мне было очень плохо, я еле в себя пришла. Ведь я же ее попросила… Удавила бы!
Выглядеть хочется однозначно хорошо: машина покруче, часы хорошие, бриллианты. Очень люблю бриллианты. Очень! У меня есть хорошие – я имею в виду, достойные.
Важно, чтобы у меня был достаток. Деньги должны быть в достаточном количестве, чтобы я могла позволить купить себе все, что хочу. А я всегда чего-то хочу.
Когда я иду за покупками, могу спустить все, что есть у меня в кошельке. Если меня что-то загвоздит – я тут же беру. Из продуктового магазина выезжаю с полной телегой.
Раньше все ходили ко мне разговаривать «за жизнь». Я выслушаю человека, если ему действительно это надо. Выслушать могу всегда, но не всегда долго. Меня начинают утомлять эти вещи. Иногда были случаи, когда приходили подружки поговорить и за советом. Говоришь, советуешь, а человек этого не делает или не хочет вникнуть. Меня раздражают люди, которые хотят глупо поговорить, воду полить. Я затухаю, мне неинтересно. Мне бывает жалко людей, вхожу в сопереживание с ними. Я от жалости заплакать могу.
Чаще всего приходят в отношениях разобраться, поплакаться в жилетку. Могу, чаще всего, перспективу сказать в отношениях. В отношениях разобраться могу: кто к кому, за что и почему». Влюблять в себя могу. Главное, «в глазах кураж должен быть! Когда куражу нет – никто не пойдет! А тут появляется кураж! Кураж-то у меня, наверное, на уровне генов, подсознания. Ведешь себя в разных случаях по-разному. Но если мне нужен мужчина, если он меня заинтересовал, то добиваешься благосклонности обязательно.
Если мне интересны отношения между людьми, стоит только на них посмотреть, и говорить им ничего не надо. Я по глазам вижу: кто как на кого посмотрел – взгляд вижу моментально. Сразу определяю: что там в отношениях. У самой, видимо, бывают глаза разные, сама могу делать глаза разные.
Если мне надо с кем-то о чем-то договориться – редко мне это не удается. Я прихожу обычно со знаками внимания: конфеты, шампанское, кофе, хороший чай. Вот у одной дамы мне надо было добиться хорошего решения по работе. Внутри у меня уверенности нет, что все будет как надо, но артистизм включается на автомате. Я ее попросила – она отказала. Внутри меня начались поиски – ну как подойти-то?! Я начала искать. Думаю, то ли слезу дать, то ли еще чего… Я пытаюсь делать лицо – может, я болею, может, зеленею; не знаю, но начинает работать. «Я не переживу, если вы мне откажете», – говорю ей. «У меня сейчас инфаркт будет», – и начинаю закатывать глаза. «Я сейчас умру, прямо у вас тут!» Поверила. А дама такая – ее на мякине не проведешь. «Ну, давай что-нибудь придумаем!» – говорит она.
Иерархия для меня никогда не существовала, и до сих пор не существует. Я не чувствую, что человек – начальник. Главное – человек хороший, достойный уважения, а неважно, дворник он или директор. Веди себя нормально – без хамства, без унижения по отношению к другим.
Когда объясняют, слушать долго бывает сложно. Внимание улетает при занудном объяснении. Появляется раздражение. Внутри все закипает. Я перестаю слушать. В таких случаях реакция на людей может быть разной, в зависимости оттого, кто перед тобой. Могу оборвать, рявкнуть: «Ну, так, все – хватит!» Могу и мягко: «Да, да, я все поняла» – посижу, потерплю. Нервничаю, если ничего не понимаю – караул! Иногда могу сказать: «Извините, давайте попроще». От некоторых просто ухожу.
На уроке сижу с подружками: объясняют, я слушаю вполуха, вдруг что-то интересное говорят – включаю умное лицо, слушаю до тех пор, пока интересно. Если идет углубление в объяснении, выключаюсь, занимаюсь своими делами. Если дернут и «двойку» поставят, мне по фигу: «два» так «два», я исправлю, подумаешь! Я училась очень хорошо, голимые пятерки. В школе услышала – дома не готовлюсь.
Умных людей уважаю, всю жизнь к умным прислушиваюсь. Специфическую информацию усваиваю с трудом. Папа у меня был очень умный, очень добрый. Если при мне говорят умные вещи – делаю умное лицо.
Натиск у меня есть, я могу преподнести так, что люди не сомневаются. Причем если я даже не очень хорошо знаю, я могу так информацию дать – редко кто противостоять может.