Габены о детстве

Профориентация
Габен. Сенсорик, логик, интроверт, иррационал
Рекомендации для родителей ребенка – Габена

Габены о детстве
Алексей Т.
Николай А.
Елена М.
Михаил К.
Василий Н. Как воспитывать маленького Габена. (Отец Габен рассказывает о воспитании своей дочки – Габена)

Василий Н.
 
Как воспитывать маленького Габена.
(Отец Габен рассказывает о воспитании своей дочки – Габена)
 
Утром встали. Дочку я бужу очень правильно, для того, чтобы она очень правильно вошла в ритм. Бабушка Габену – внучке говорит о том, что она несобранная. Это есть у Габенов: «Не забить последний гвоздь». И поэтому я соответствующим образом с ребенком построил отношения. Утром мы с ней встали, правильно встали, правильно собрались, правильно пошли в школу. Из школы я ее забираю, приходим домой, обедаем, она успевает за полчаса – час сделать уроки, если это все правильно. После этого мы с ней идем:
В понедельник: в начале, на урок вязания, там рассчитано все до минуты – двадцать пять минут. Потом переход на автобус. Садимся на автобус, едем в бассейн. В бассейне она проплывает в среднем от 750 метров до 1 километра: на спине, кролем, с ластами. Тренер очень мудрый – женщина. Возвращаемся домой. Дома она читает, так как уроки уже сделаны. Может посмотреть мультики, поиграть. Вечером бабушка читает ей перед сном чего-нибудь.
Вторник: подъем, тоже самое – из школы приходим, уроки. Вечером во вторник идет на танцы. Она танцует народные танцы, очень хорошая школа подготовки – возле станка, не просто хороводы водить. Очень мощная школа, как у балерин.
Среда: опять школа – из школы. В среду английский – репетитор приходит домой.
Четверг, как понедельник: школа, вязание, бассейн.
Пятница: школа и вязание (1,5 часа).
Суббота: подъем, так как школы нет – бассейн, танцы, после танцев английский.
Воскресенье: ребенок встает по привычке рано. Мультфильмы, потом может погулять, на велосипеде покататься, с котенком поиграть, почитать, день посвятить себе. Вечером танцы.
И так всю неделю. Бывает, иногда ходим в гости.
 
Как Габенов важно будить? Спит мертвым сном, не поднимешь. Габен – человек настроения, и надо плавно выводить ее из сна. Громкий крик с утра: «Вставай, Лиза!» – это испорченный день.
Когда она заканчивала детский сад, им санировали полость рта. У ребенка все зубы, никаких претензий. В сентябре мы достойно потеряли два передних зуба. Нужно правильно чистить зубы. Зубы надо вычищать изнутри обязательно лопаточкой, а не просто полировать снаружи. Моя дочь чистит зубы правильно. Так вот два передних зуба долго не росли. Я обратился к врачу, она говорит: «Кальция не хватает». Как же кальция, когда я ее каждый день кальцием кормлю утром. И вот я стал давать ей кальций на ночь. Может быть совпадение, может быть. Но, через неделю, пошли зубы. Через три недели полностью выросли передние зубы. И теперь я даю кальций на ночь – это правильно.
Утром я ее кормлю и даю витамины, так как витамины нельзя давать, если ничего не поел. Когда она поела, она начинает ходить из угла в угол. Все Габены несобранные. Чем Габены компенсирую свою несобранность? Они смотрят за своими вещами. Чтобы все было разложено. Все, все, все. Это у нее тоже есть. Но это только компенсация внутренней несобранности. Это значит, что они неаккуратны, «последний гвоздь не забит». Но все должно быть собрано. Внутренняя несобранность Габена компенсируется внешностью. Поэтому очень важно ребенка научить внутренней собранности... Если внутренняя собранность или элементы ее есть, у них прекрасно работает интуиция. Когда подходим к остановке, ехать в школу, ребенок четко говорит, на каком автобусе ехать, она знает, какой автобус подойдет первый.
У Габена собственный порядок. Ему надо сказать: «Убери». Они часто не могут убрать не потому, что не хотят, а потому что эта внутренняя несобранность не позволяет Габену после завершения дела сразу все разложить по местам. Они могут тянуть резину, но вот этот беспорядок Габенам не нравится. Из-за внутренней несобранности они будут тянуться, но они хотят, чтобы все было на своих местах. У них собственный порядок, так как им удобно.
Лизе не нравится корзина с игрушками, ей нравятся полки, где она раскладывает книги свои, свои рисунки раскладывает. Очень любит рисовать, очень любит лепить. Руки у нее на своем месте. Нужны педагоги, способные развить высокопрофессиональные навыки работы руками.
Ребенок Габен чувствует человеческие качества педагогов. Лиза ходила в школу, и в классе было много детей из одной группы детского сада. Она очень часто плакала в школе, потому что педагог не была учителем начальных классов, она была далека от педагогики. Я стал говорить ей элементарные вещи по педагогике, и это стало отражаться на ребенке. Учитель не находил контакта с детьми. Потом учительница ушла, мы перешли в другую школу. А в другой школе оказался действительно педагог, действительно воспитатель, действительно учительница настоящая. В школе Лизе поручали самые большие стишки учить. На празднике букваря ей поручили быть одной буквой. Надо было видеть, с каким удовольствием она учила роль. Потому что в школе была совершенно другая атмосфера, доброжелательная, деятельная. Ребенок почувствовал эту атмосферу, комфортную обстановку. Однажды учительница заболела, и когда ребенок, через две недели отсутствия учительницы из-за болезни, узнала, что учитель завтра будет в школе, она подняла руки и закричала: «Ура!» Ребенок хочет ходить в школу, если ему комфортен педагог и атмосфера класса. Педагог встречает детей на пороге школы. Теплота, душевность. Потом Лиза рассказывала, как все дети обрадовались учительнице, когда она поправилась.
Габен очень уязвим в отношениях. На него можно «наехать» даже ровным, спокойным голосом, смотря какой энергетикой это все звучит. Лиза сразу все это чувствует, слезы наворачиваются, она вся сжимается. Бабушка на нее шумит, а я включаю негатив, но спокойным ровным голосом говорю – она сильно реагирует. У меня были неприятности, день не сложился, тяжесть внутри была. Лиза пришла, ей говорю: «Переодень колготки, ты же в них в школу ходила…» Раз сказал, еще раз…, в третий раз. Я захожу в зал, внутри меня кипит, но не по поводу Лизы. Надо же поучаствовать, что же она в этих колготках-то ходит. Я говорю: «Лиза, в колготках ты в этих куда ходишь? В школу? Тебе что сказали? Переодеться?!...» Губенки затряслись, из глаз слезы. Бабушка подлетела: «Ты что с ребенком сделал?» Я понял, что выбросил негатив на ребенка. Мне стыдно. Выбрасывание на него негатива – самое страшное для Габена. Самое страшное. Не крик, крик тоже, но крик разный – с негативом и без него. Нельзя сливать негатив на Габена. Сморщенное яблоко видели – сморщенное яблоко отдыхает. А видели яблоко сморщенное и внутри – оно как вата. Когда Габен получает на себя негатив – у меня резко падает давление, я начинаю потеть, лоб становится мокрый, я начинаю «плавать». У ребенка тоже самое. Очень сложно потом выходить из этого состояния. Ребенку нужна помощь, чтобы ее вывести из этого состояния. Я еще похожу часик, покиплю, и сам начинаю ее оттуда выводить. Прежде всего: «мир», «я тебя люблю». Затем я начинаю объяснять ей причину, почему она не права.
Взрослым надо стараться не сливать негатив на ребенка. Если у тебя кипит внутри – пойди, прими холодный душ, а потом разговаривай с ребенком. У нас мама строгая, но ребенок чувствует, что мама любит, и может пропустить мимо ушей мамины указания. А я пользуюсь негативными выбросами, как последней инстанцией. Иногда я делаю это осознанно, но часто совершенно неосознанно, и ничего не могу с собой сделать.
Негатив комкает ребенка, остается с ним на всю жизнь. Нельзя этого делать, нельзя. Нельзя выливаться на ребенке. Это самое жуткое, что может быть. Некомфортно ребенку, когда на него кричат, но это быстро проходит. Один раз мать ее ударила. Это было шоком для ребенка.
***
Практически всю жизнь, у меня была обида на то, что меня били в детстве. Пятьдесят лет назад мальчишка в лагере меня незаслуженно стукнул. Я пятьдесят лет это помню. Я считаю, что это у меня мстительность. Это было в школе (пятый, может шестой класс). Получился какой-то конфликт. И Мишка меня ударил, может даже не один раз. Мне раз пять-шесть кулаком хорошо треснули по челюсти. А Толик многим уступал Мишке по массе, и вот он за меня вступился.
По жизни, если незаслуженно обижают – желание отомстить, оно не проходит годами. Годами! И если все-таки через многие годы удается что-то забыть – оно лишь приобретает другие формы, но обида остается, и остается желание отомстить! Оно живет во мне, никуда не девается. Это не совсем агрессия. Агрессия – это я понимаю так: «Получил – и тут же отдал». А это живет внутри годами, и долго, и вызревает в самых непредсказуемых формах. Вот в чем дело.
Эта реакция возникает не на физическую боль, а когда в душу «наплюют». Незаслуженно ударить, незаслуженно что-то сказать, предать. И это потом на долгие годы, а то и на всю оставшуюся жизнь. Во что это может вылиться? Вот если бы я своего школьного обидчика встретил бы…, я его лицо даже смутно помню, я из опыта, что у меня есть, постарался бы ему в душу так наплевать, используя все свои знания и умения. Я бы его унизил. Ни в коем случае не физически, надо, чтобы это коснулось его души. Я с таким бы удовольствием размазал там это все, с таким бы удовольствием, очень тонким, проникающим во все точки внутреннего состояния человека, размазал бы вот этот плевок, чтобы на всю душу хватило. Вот это да, это есть, но ни в коем случае не физически, только унизить его надо максимально.
У каждого человека есть то, чего он не достиг, причем хотел бы, но не получилось. На эти места я бы, аккуратно надавив, показал бы ему: «Ты это не получил, и поэтому вот такой и такой ты всегда останешься. Вот это у тебя больно, а больно потому, что это у тебя так… И это неправильно». Везде, где можно, я бы аккуратненько надавил бы на струнки. Я бы сказал, почему это у него, и сказал бы: «Обратного пути нет у тебя, потому что ты как личность…» – и перешел бы на его личность. Я сказал бы ему всю чистую правду. Мне потом было бы жалко самого себя. Я бы стал переживать, что все-таки это сделал.
В таких ситуациях я болею от двух-трех дней до двух-трех недель. Если я агрессию свою выбрасываю, я знаю, что мы – Габены – очень здорово раним других людей, и при том не словами, а именно энергетикой – негативом. А представляете, этот негатив может копиться иногда пятьдесят лет – вы представляете, эта энергия уже настолько «перегнила» – «смрад» убьет любого человека. Я этот «смрад» отдам, и буду переживать. Насколько больно мы что-то принимаем, настолько больно мы и отдаем. Хотя люди иногда этого уже не помнят – вот что жутко. Я это понимаю, но вопрос: «Надо куда-то выбросить». Когда я выбрасываю, становится легче, от этого груза надо избавляться. Она, эта энергия обид, живет, она давит, меня как личность подавляет. Это надо выбрасывать.
Ребенка надо суметь разговорить. Пока в детстве ребенок еще расскажет это, надо суметь этот пар выпустить, иначе он на всю оставшуюся жизнь. Скорее всего это должно быть ненавязчиво, нужно включиться с ним в игру, разговоры… Если вы с ним душевно близки, и он вас не боится, ребенок сам расскажет, он сам выведет на больную тему: может быть школа, учительница, дети… Это не должно быть методом расспроса. Ребенок расскажет, это ему самому надо выпустить.
Вот бывает, мы с дочерью в бассейн едем, мы с ней играем. Я принимаю те условия игры, которые она навязывает, вот тогда она мне открывается.
Я с детства чувствовал дискомфорт в одежде. Если одежда не гармонирует, я ощущал мощнейший дискомфорт. Почему? Потому что у меня был зеленый костюм, и мама для этого костюма взяла желто-коричневые ботинки. В общем-то, это действительно была гармония, если посмотреть правильно, но с точки зрения ребенка, нужны были черные ботинки под этот костюм. У нас с мамой был практически одинаковый размер. Я старался пораньше встать, одеть именно ее черные ботинки и убежать в них. И у нас по этому поводу были разногласия.
Я смотрю на дочь, как она подбирает одежду. Если цвет одежды не подобран, или она ей не нравится, она будет капризничать. Внешняя собранность, внешний порядок очень отражается на внутреннем состоянии. У нас внешняя собранность, хотя внутри мы не собраны.
Габены жутко ревнивые. Если на остановке садится женщина с маленьким ребенком и тяжелой сумкой неподъемной, я беру у нее эту сумку, и дочь меня начинает ревновать: «Вот, ты не видел, как я чуть не упала, а ты с этой тетей…» Я объясняю: «Лиз, сумка тяжелая, да еще и ребенка надо поднять, попробуй какая она тяжелая». Она понимать-то понимает умом, а душой-то не прощает, она ревнует. Габены ревнивые, особенно в детстве.
Габены замечают все вокруг. Они чувствуют, если доброжелательность или негатив идет от людей. Вот у дочери учительница по танцам молодая девушка, ей где-то двадцать три года, она закончила народные танцы, она очень строгая, но очень любит детей, и дети к ней тянутся, они, чуть ли, не боготворят Ирину Сергеевну. Другая женщина, которая занимается вязанием, она очень эмоциональная, она тоже Лизу любит, но когда она эмоции выбрасывает, Лизе не нравится. Если на Габена кричат, ему очень не комфортно.
От того, как человек посмотрит на Габена, ему может быть комфортно или дискомфортно. Часто чувствуешь себя не по себе. Если отталкивающий взгляд – надо отойти, набрать дистанцию. Таких людей, от которых хочется отойти, добрая треть.
Есть такие люди, которых не просто мало, а катастрофически мало. Люди разучились радоваться, но люди все хотят радоваться, абсолютно все. Радость – это внешнее проявление счастья. Радость видно по глазам, посмотришь в глаза – они по-другому светятся. Радость – есть вирус, хочется, чтобы тебя зацепило радостью. Кто-то смеется – это передается окружающим и тебе. Мы ходим все за радостью на Петросяна, в другие места, и там хохочем. Это немножко не то, это псевдорадость. Есть радость, которая идет изнутри – это настоящая радость. В этой радости есть жизнь. И ребенок это чувствует. И негатив чувствует.
Внутри, как личности, Габены слабоватые, не сильные. Когда идет негатив, сильная личность либо касается его и уходит, либо стряхивает негатив и не обращает внимания, а мы принимаем негатив в душу и становимся сморщенными. Если ребенка правильно разбудить и запустить в день, он не будет собирать негатива, и не будет собирать неприятностей. Неприятность присутствует там, где негатив.
В отношениях с Габеном нужно дозировать негатив. От негатива никуда не денешься. Если в жизни не видеть негатива, то не с чем будет сравнить позитив. Без негатива совсем никто жить не сможет. Но негатив в отношениях с Габеном должен быть дозированным. Если вы ребенка правильно разбудили – дали радость и хорошее настроение. А если это неправильно сделать, с утра настроить не на то, показывать, что вокруг не так и ребенок нахватается негатива, то радостного-то не будет ничего. Очень важно, как начинается день, неделя, утро. Все это очень важно. Не надо выливать негатив на ребенка из-за порядка. Если ребенок вещи раскидал, то к вечеру он сам все разложит по местам, в своем собственном порядке. С порядком у Габена очень сложно.
Если правильно растить ребенка, должна быть не опека, должен быть контроль. Важно с раннего детства, зная Габенов, развивать то, что в нем заложено. Там, где у Габенов слабые места – это и надо контролировать и дозировано развивать.
Когда дочь сунулась в таз с горячей водой и обожгла руки – все, на всю жизнь, она теперь к чайнику подходить боится. Если бы ребенку своевременно показать, что такое кипяток: руки в него не совать – обожжешься. Нужно ребенку многое показывать, но и давать набирать самому уроки жизни. Нужно объяснять, что если ты не спросишь и сунешься, куда не надо – получишь большую боль и физически, и душевно.
У Габенов очень тонкая душа, они всегда готовы откликнуться, помочь. Если Габена кто-то просит о чем-то помочь – внутри удовольствие.
Один раз меня попросили защитить девочку. Меня вызвали на «стрелку». Я победил. И почувствовал себя личностью. Для Габена очень важно почувствовать себя личностью. В моем ощущении: личность – это собранность. Этого не хватает мне. Когда нас просят, и мы можем человеку что-то сделать – помочь, это не столько для него, сколько для нас важно. Я собрался, я личность, у меня это получилось, я нужен, я могу, я добьюсь. Это нужно культивировать с самого детства: ты можешь, ты добьешься, ты нужен.
Сами Габены не являются задиристыми, они ершистые. Когда мы сжимаемся внутри, у нас наверху получаются иголки как у ежика. Когда люди задевают – эти иголки начинают жалить. Это как раз внутренние те обиды, которые человек не забыл или забыл, но внутри они живут. Это не столько задиристость, это то, что внутри собралось, что внутри сидит. Когда ребята в автобусе щелкают семечки и плюют, мне хочется подойти и влепить им по морде, залепить затрещину. Я себя сдерживаю от этого, у меня кипит внутри. Мне хорошо, когда я ощущаю гармонию, а когда я вижу эту дисгармонию, мне плохо.
Сидят два мужика на берегу, а из воды торчат бутылки… Зимой дети будут кататься, и будут резаться об эти бутылки. Когда есть гармония мировая, и когда человек со своим дерьмом вносит дисгармонию – меня вот это раздражает.
Выхожу из школы – пацаны стоят курят. Говорю: «Ребята, сосете это дерьмо, потом жалеть будете». У меня желание заставить их съесть эти окурки. Вот в чем проявляется моя агрессия – это есть.
Для Габена есть два мира: один мой мир, а другой – который есть. Вот эти два мира иногда не срастаются.
Когда я вижу машину, и у нее не соответствует диаметр колес самой машины – это вносит дискомфорт в мое восприятие. Мне надо, чтобы все было гармонично. Родителям нужно говорить ребенку: «Если ты мир не можешь изменить – его надо принять. А там, где ты сможешь изменить, по возможности, без физической и моральной боли себе и другим, то меняй».
Если не менять этот мир, если не подойти к мальчишкам и не сказать, чтобы они прекратили курить, плевать семечки, то Габену будет мощнейший дискомфорт.
Не помню, откуда услышал фразу: «Господи, дай мне сил, чтобы изменить то, что не приемлю, и принять то, что не могу изменить, а также разума, чтобы отличить одно от другого».
Это надо культивировать в Габене с самого-самого детства. Ему надо поменять весь мир, но этого не может никто. Надо набраться мудрости менять то, что можешь, а то что не можешь – прими.
То, что Габен делает – это на века. Он очень хозяйственный. Я сделал проект мебели для комнаты дочери – место минимальное, а функции максимальные.
У меня настроение впереди всего…
Если вокруг кипят эмоции — я никакой! Стараюсь хоть какую-то логику брать из происходящего, а эмоции не брать. Чуть-чуть не собрался, эмоции бух по голове, бах по голове, и мысли рассыпались. Отключается восприятие, тело ничего не чувствует – меня нет! Одни мозги в воздухе плавают… Я пытаюсь выползти из эмоций, цепляясь логикой… Я же знаю, что там, где логика – нет эмоций, но чувствую, что меня крутят через мясорубку и сдают в утильсырье!
У Габенов очень тонкое сенсорное восприятие окружающего мира. Чего Габен боится? Скорее всего, физической боли. Боль переносит тяжело.
Однажды ехал в автобусе. И входят трое бомжей – сразу резко прогорклый запах, от них пахло старостью и безысходностью. Этот запах сразу схватывает волосы, одежду, попадает в гортань – ощущение колоссального дискомфорта, отвращение, тошноты. Ощущение брезгливости от собственного тела. Надо отмыться, все промыть и простирать.
Запахов у меня очень много разных. В КПЗ – запах страха, в тюрьме, от людей, которые там сидят – запах безысходности. Я очень легко отличаю людей по запаху. Часто остро чувствую необходимость помыться – немного понервничаю, и чувствуется налет на коже.
Когда паришься, ощущения, если одним словом – нирвана. Мысли всякие куда-то деваются, остаешься ты и баня… Когда паришься, идет поглаживание веником по телу — оно   расплывается… Когда начинается непосредственный массаж, мышцы собираются, происходит какое-то напряжение в мышцах и чувствуется, как отделяются вены от мышц: каждая мышца начинает работать – она сначала расплылась, потом, во время похлопывания, напрягается, начинает собираться и отделяется от других мышц. А мышцы связывают нервы и кровеносные сосуды – чувствуется каждый кровеносный сосудик. Происходит зарядка нервной системы, зарядка кровеносных сосудов, начинается активное кровообращение: некоторые люди краснеют, кто-то белеет.
Одно из моих любимых блюд – пюре и сосиска, но сосиска обязательно того вкуса, который мне нравится: они не кислые, не соленые, они не мягкие. Знаешь, что ничего хорошего там нет, но она вкусная, как мясная.
Разные люди по-разному готовят. А я привыкаю к определенным вкусам, приготовленным одним человеком, а блюда люблю простые: пельмени, макароны с фаршем. Я сам готовить люблю, завтрак ребенку и нам я готовлю сам. Люблю красоту – подаю еду красиво оформленной: пусть это будет обычная мешенка с зеленью, зеленый горошек, но я это сделаю красиво.
У меня мечта – открыть свой ресторанчик. И там будут именно свои блюда. Они могут быть домашними, своими, очень вкусными.
Огурцы почему-то растут ночью. Утром выйдешь, пленочку откроешь, а он весь в инее, в белом налете, берешь его, а он напыжастый весь и колючий, каждый пупырышек со своим вкусом. Пыжится и колется каждым пупырышком. Когда берешь в ротик на зубки, каждый пупырышек наполняет тебя своими ощущениями: если на темной стороне, которая к солнцу – пупырышек сладковатый; если на беленькой стороне, которая к земле – с горчинкой; на северной – чуть с кислинкой. Внутри огурца мякоть вяжет.
Лучше всего в самое жаркое время выйти в огород и найти помидор, который смотрит на солнышко. Его сорвать с ножкой. Желательно не мыть. На этой ножке огромное количество солнечной энергии – его съесть. Если хотите ощутить всю прелесть – желательно помидор не мыть, ощущаешь вкус солнца, запах чистоты, свежести и какой-то романтики.