Рекомендации для родителей ребенка – Штирлица

Профориентация
Рекомендации для родителей ребенка – Штирлица
Штирлиц – логик, сенсорик, экстраверт, рационал

Штирлицы о детстве
Алексей Л.
Иван П.
Людмила В.
Марина Т.

Штирлицы о себе
Сергей Ф.
Алена В.
Ольга Н.

У Штирлица природная склонность к холерическому типу темперамента. Холерик – энергичный, подвижный, стремительный, может страстно увлечься каким-то делом. Двигаясь в одном направлении, он сложно переключается на другое и быстро растрачивает свои силы. Холерик – неуравновешенный тип: трудности, встречающиеся на пути к цели, могут вызвать в нем бурные эмоциональные вспышки.
«Я такой – если уж выбрал что-то одно, то пойду до конца».
Этот ребенок эмоционально возбудимый, иногда он «взрывается», эмоций у Штирлица много. «Как это происходит: «Я не то, что кричу, а могу замкнуться в себе и убежать куда-нибудь».
«Ребенок-Штирлиц очень обязательный; он не совсем ребенок, он с детства пребывает во взрослом состоянии».
«Ко мне всегда относились как к взрослой, и это многого стоило».
Этому ребенку с малого возраста надо доверять.
«Такому ребенку важно чувствовать, что ему доверяют, нужно давать ему само­стоятельность. Мне говорили, что школа – это моя работа, моя обя­занность в семье. Мама с папой ходят на работу – это их обязанность, а моя обязан­ность – ходить в школу».
«Мне нравилось каждый день встать, идти в школу, делать уроки».
«Я чувствовала, что чем больше доверия мне, тем больше я сама за себя ответ­ственна. Самое главное – это доверие и правда. Даже если я соврала, а мне продолжают доверять, я больше не совру, потому что, как же мне будут доверять, если я обманываю людей! Важно доверие ребенку, отношение как к взрослому».
«Мне в детстве хотелось самостоятельности. Меня приучали к самостоятельности».
«Я был обязательным человеком, а как же иначе?! Прогулять какой-то урок – это вообще невозможно было, потому что ко мне относились так, что я ответственный че­ловек, и не мог вести себя иначе».
«Штирлиц очень ответственный ребенок. Если взрослый скажет, во сколько прийти с гулянья, ребенок во столько и придет. Он обязательный, переживает, все по­мнит, придет именно в то время как будет сказано».
Штирлиц получает огромную энергию от процесса работы. От природы он сильный практик, поэтому такого ребенка нужно обучать работе с машинами, электричеством, обработке дерева, металла и т.д.
«Для меня физическая работа – практическая необходимость».
«У такого ребенка с детства получается хорошо работать, нужно, чтобы ему рассказывали и показыва­ли, что и как надо делать, чтобы он стремился к тщательному выполнению каждой операции. Поверхностное выполнение работы не для него. В нем заложено – сделать все красиво, качественно, так, чтобы все были довольны результатом».
«На ребенка-Штирлица не нужно кричать. Ему нужно можно более по­дробно рассказывать, что и как нужно делать».
«В работе мне важно соблюдать методики и технологии».
«Объяснение должно быть простое, без накруток. Мне нужно объяснить все – первое, второе, третье, четвертое, пятое, по порядку, что за чем идет. Это надо делать так-то, эту руку держать так. Ребенку нужно спокойно объяснять до тех пор, пока он не скажет: «Все, я по­нял, хватит. Дальше я сам».
«У Штирлица в любом новом деле так: ему надо взять либо теорию какую-то, либо последовательность действий, и разобраться с начала до конца как что делать. Ребенку надо сразу показать, как не надо делать».
«Я стремлюсь делать все профессионально именно для того, чтобы людям по­казать: смотрите, как я могу. Я показал, а люди должны заметить. Просто замети­ли: «Ой, молодец какой!». Мне бы даже этого хватило: внимания, тепла, и пары слов».
Выполненную работу надо замечать, заслуженно хвалить.
«Очень напрягало то, что вламываешь-вламываешь, работаешь-работаешь, а отец потом говорит, что я ничего не делаю. Меня это сильно обижало».
«Еще один момент – мне не нравилось, что меня сравнивают со всеми моими друзьями. «Они-то лучше!», а я вообще никто, в любом моменте, какой ни возьми».
«Родителям нужно хвалить ребенка за любые успехи, пусть даже маленькие. Вот чуть-чуть шажок сделал, похвали, и он дальше пойдет».
«Мои родители всегда подставляли мне свое плечо. Если у меня что-то не полу­чалось, они всегда мне помогали. Я всегда была уверена, что родители поймут меня и по­могут».
Хорошо, если рядом с ребенком будет надежный человек, наставник.
«В идеале – надо дать ребенку работу в руки, показать, чтобы он сам все это сделал. Попробовать обязательно надо. Что мне объяснять? Я ведь не понимаю, когда много объясняют. Вот когда я попробовал: «Ага!», вот дальше мне и объясните. А что мне эти долгие объяснения, сразу – раз, и в руки взял. Вот так надо. Мне потрогать все надо – так я познаю мир. Пока я не потрогаю, я ничего не узнаю».
У Штирлица любая работа, действие, все определяется полезностью и пользой.
«Я всегда чувствую, полезна какая-то работа или бестолкова. Бестолковость работы убивает, убивает, когда что-то делаешь впустую… Ребенку можно объяснить полезность зада­ния, если он этого не видит, и тогда он успокоится и начнет все выполнять».
«Я люблю работать. Если меня похвалить, я сделаю еще в несколько раз больше. Ребенка надо хвалить за истинно хорошо сделанную работу. Захваливать не надо».
«Хвалить надо постоянно. Не ругать за проблемы, а наоборот, подсказывать ре­шение. Плюс моих родителей был в том, что они никогда меня не ругали. Ругать меня нельзя. Надо либо похвалить, либо помочь».
«Ребенок должен чувствовать, что он умный, что он много может. Мне это было нужно».
«Надо ребенка учить действовать разными способами. Воображения, креатива заложено мало, это надо развивать в ребенке».
«Безусловно, ребенку нужно развивать несколько направлений, дать ему воз­можность освоить многое, чтобы, повзрослев, он смог выбрать то, к чему лежит его душа, где он может больше реализовать себя. В детстве нужно предоставить ему воз­можность овладеть как можно большим объемом навыков, развивать его воз­можности, его способности, чтобы потом он мог энергию черпать отовсюду. Надо, чтобы этот ребенок много чем занимался».
«Конечно, ребенок должен помогать в делах по дому. Вырастить нужно челове­ка, приспособленного к быту, к будущей семье».
«Когда просили помочь, мне нужна была программа действий, потому что сама я не могла ее создать. Часто у меня звучал вопрос: «А что мне делать?».
У Штирлицев есть понимание: «Жить надо правильно».
«Я добиваюсь разными способами от людей того, чтобы они поступали пра­вильно».
«Правильно-неправильно – это для меня очень важно. И очень тяжело, когда человек рядом живет неправильно».
«Правильно – это как? Как научили в детстве».
Штирлицы могут следовать указаниям очень конкретно. Если его, например, научат в детстве определенным образом складывать покрывало или мыть обувь – он будет считать это правильным и требовать того же от окружающих.
«Я вообще воспринимаю все буквально. Мне объяснять надо все более конкретно!».
«Чтобы Штирлицу в будущем было легче в отношениях с людьми, ребенку надо показывать, что одно и то же дело можно делать по-разному, и это нормально. Пусть каждый делает, как может, как его научили».
«Я всегда оцениваю, правильно или неправильно поступает человек. Ребенку надо помогать постоянно это качество смягчать. У нас, Штирлицев, проблема в том, что мы ка­тегоричны. Мы считаем, что мы всегда правы. Родителям надо во всем нам показы­вать, что есть несколько точек зрения».
«Ребенку надо всегда показывать, что есть разные точки зрения на «правильно-неправильно».
Штирлиц от природы слабо разбирается в людях, не видит, кто как к нему относится. Ему порой сложно самому тактично общаться с окружающими.
«У меня всегда были проблемы, и до сих пор есть, в том, как себя вести с други­ми людьми. Часто я не понимаю, как себя вести. У меня возникает ступор».
Такому ребенку надо больше объяснять, как себя вести, общаясь с людьми.
«Очень часто я ловила себя на мысли, что когда смотрю фильмы, обращаю внимание на ответную реакцию людей в отношениях. Как надо реагировать в той или иной ситуации, как правильно выразить свои чувства, что­бы это как-то соответствовало нормам этики».
«Из детства проблема именно в этом: что кому сказать, как себя вести и кто ка­кой человек. Ребенку буквально нужно давать методику действий в отношениях, нуж­но очень много объяснять и показывать, как надо общаться с людьми».
«Я всегда хорошо слышу интонацию в разговоре, от интонации очень много за­висит. Мгновенно настроение портится, или наоборот – становится радостным. Еще, конечно, взглядов боюсь. Мне все время кажется, что с моей внешно­стью что-то не так. Все время есть страх, что ко мне плохо относятся».
Ребенку надо объяснить, что, если человек раздраженный или недовольный чем-то – это не обязательно связано с тобой. Жизненных ситуаций у людей много.
«Если я встречаю нового человека, то настораживаюсь. Я очень люблю, когда про нового человека хорошо знакомые мне люди что-то скажут, дадут ему оценку. И если я этим людям доверяю, то так и считаю, что он такой, пока жизнь не покажет, что он какой-то другой. Ребенку надо давать оценку новому человеку, да еще и фактами ее подтвер­ждать».
Ребенку-Штирлицу нужно, как можно больше общаться, надо специально находить ситуации, где ему будет необходимо общаться с большим количеством людей. В таких ситуациях будет вырабатываться навык коммуникации с людьми, и переживаний за отношения будет меньше.
Такому ребенку будет спокойнее, если взрослые будут показывать мир людей с хорошей стороны, учить его в каждом человеке находить что-то положительное. Если родители будут осуждать людей и научат ребенка видеть в каждом что-то плохое, то маленький Штирлиц вырастет крайне подозрительным и воинственно настроенным.
«Самая большая необходимость для Штирлицев – это доказать им в детстве, что мир людей разный. Нужно показывать ребенку, что и люди разные, и интонациями говорят разными, и смотрят по-разному. Если доказать – не будет многих проблем в будущем. Все это надо нам, Штирлицам, с детства показывать и доказывать».
«У меня мнение о человеке складывается по его поступкам. Если он совершил предательство, обманул кого-то – это плохой человек».
«У меня должно быть все честно, правдиво. У меня какая система – я просто не общаюсь с теми людьми, кто совершил что-то, что в моей системе ценностей является не­правильным. Отрезаю их».
Ребенка надо учить уступать, принимать людей такими, какие они есть, нахо­дить общий язык со всеми. Надо детям внушать, что, если даже человек поступает не­правильно, все равно с ним надо поддерживать контакт.
«Мои родители были очень доброжелательными людьми, и они во мне тоже воспитывали эту доброжелательность. Меня очень радовало то, что мама так хорошо относилась к людям».
Штирлиц очень тяжело переносит конфликты.
«Если какой-то, даже маленький, конфликтик – его нужно разобрать. Иначе возникает оби­да, становится тяжело. Очень тяжело становится, если на меня обижаются. Не надо ситуаций обид вообще, напряжение они вызывают огромное. Конфликт для меня невыносим».
«Для меня семья – святое. Когда кто-то ушел надолго, и нет его рядом – начинаешь очень сильно пережи­вать. Такому ребенку очень важна теплая атмосфера в семье».
Ребенку-Штирлицу очень необходимы близкие, доверительные отношения с роди­телями. Хорошо, когда можно сесть и все рассказать, когда не надо ничего скрывать. «Мне все время хотелось сказать правду. Это явно идет в плюс для психики, когда и мне честно говорят всю правду, мне врать нельзя. Мне тяжело, когда люди меня обманывают».
Если Штирлицу соврут, он все равно со временем все узнает, так как очень хорошо может собирать и сопоставлять факты. Факты – это главное, на что он опирается в жизни. В общении с таким ребенком взрослым нельзя искажать факты.
«У ребенка-Штирлица очень силь­ный механизм выискивания фактов. Мне нравилось собирать информацию. Мне хочется знать очень много, и все надо знать достоверно».
«Такому ребенку нужен любящий взгляд, теплота в голосе и физический кон­такт – обнять покрепче. Раз – обнял, подержал и все. Говорить ребенку, что его любят, тоже надо».
«Отношения с близкими людьми – это очень ценно. В детстве у нас в семье было все хорошо – все совместно».
«Если бы мама стабильно раз в день меня целовала, мне было бы приятно. Чтобы было поласковее в отношениях – мне очень этого хотелось».
Штирлицу нужен идеальный порядок во всем.
«Я всегда вижу дома порядок, и если что-то нарушено в нем, мне это бросается в глаза, причем мгновенно. Все надо класть на место, чтобы оно не испортилось, не сломалось. Мне очень нравится вещи раскладывать по местам. Прибирать, разбирать, рас­кладывать… Чистоту наводить – это без проблем, так было всегда. Когда у меня родители убирались, то они вовлекали меня в этот процесс».
«В своем доме, в своей квартире, в своей комнате я могу по сантиметру сказать, где у меня что лежит».
«У меня какое-то стремление к тому, чтобы сделать свой дом идеальным. Иде­альная семья, идеальный дом, чтобы все это с перебором было, и если за это хвалят – мне прямо хорошо. Если не похвалят – больно до ужаса. Я все время ищу похвалу своих кулинарных способностей, что у меня в доме порядок, что у меня в доме уютно. Если меня похвалили – мне радостно будет! Если подруги мне скажут, что у меня обои не того цвета – будет неприятно, за­помнится».
«Я всегда наблюдаю, возвращает человек взятую вещь на место или нет, делаю замечания. У меня есть мысль, что, если человек ставит не на место, значит, место непра­вильное, значит, это место надо поменять. Вообще, конечно, это неправильно, но вспышки гнева у меня бывают, когда что-то разбросано».
«Когда в доме уберешься, раздражает, что проходят, портят, пачкают. Ну, есте­ственно, фактами борешься, я не говорю, что крики устраиваю. Я понимаю, что если все намыть и быть долго в идеальной чистоте – это невозможно. Ребенку надо объяснять, что идеального порядка не будет никогда».
«Мне легко, когда я живу в порядке, а в детстве как бы нестыковки в понимании этого вопроса получались: почему мне приятно, что есть порядок, а другой живет в непорядке и ему хорошо, это у меня в голове не укладывалось. Ребенку-Штирлицу нужно объяснить, что этот человек не то, что убо­гий, не-не-не, он просто другой. И тебе из-за этого расстраиваться не надо. Нужно объяснить, что этому человеку так комфортно, хорошо, а если он будет жить, как ты, ему будет плохо. Именно в состоянии беспорядка он может трудиться. Такому ребенку действительно с детства надо прививать, что люди все разные: кому-то нужен порядок, кому-то нет, осуждать никого не надо. Нам, Штирлицам, действительно тяжело жить с другими людьми, потому что они не такие, как мы. Мне надо, чтобы они следили за порядком и делали все по-мое­му».
«У меня мысли рациональные. Я никогда не тратила деньги бездумно. У меня с детства всегда была экономия».
Штирлицы любят заниматься хозяйственными делами, им нравятся физические нагрузки.
«Мне больше всего нравилось именно что-то по хозяйству делать и рукопашка».
«Нравится чувствовать, что все тело двигается, нравится чувствовать уставшие мышцы. Вообще когда наработаешься так, что устала – телу приятно. Лучше что-то сделать, а потом пойти отдохнуть. Тогда вообще все хоро­шо».
В таком ребенке нужно прививать любовь к спорту. Иметь крепкое и здоровое тело для него очень важно.
Штирлицы любят слушать радио. Такого ребенка неплохо бы приобщить к музыке, танцам.
«Мне нравится, когда я с друзьями собираюсь караоке попеть. Пусть я петь не умею, все равно это дает радость. Если такого ребенка немножко обучить пению или игре на каком-то музыкаль­ном инструменте – лишним не будет. Это точно».
«Мне нравилось выступать на сцене». Хорошо, если ребенок-Штирлиц будет выступать на сцене.